В день моего приезда в Санкт-Петербург на катке Клуба фигурного катания Тамары Москвиной фигуристы Саша Бойкова и Дмитрий Козловский работали над новой короткой программой. Игорь Бобрин и Тамара Москвина у бортика, на льду с ребятами Наталья Бестемьянова. Повторяют элементы, думают, пробуют… Наталья подъезжает к Диме, берет за руки и показывает Саше, что нужно сделать… Тренировка длится уже два часа, но никто не торопится покидать лед. «Хватит на сегодня -- замерзли», -- машет Москвина… Жду Сашу с Димой. Устали, но готовы поговорить, вспомнить нынешний сезон – самый успешный на данный момент взрослый сезон в их спортивной карьере.

-- В этом сезоне вы участвовали в соревнованиях высокого уровня, а это другой уровень ответственности, другое давление. Как с этим справлялись?

Дмитрий: Весь этот сезон с самого начала мы открывали для себя новый уровень, поэтому по поводу давления говорить даже как-то странно. Мы на этом не зацикливались. В первую очередь старались показывать наше лучшее катание – более чистое, более четкое, более синхронное, чтобы презентовать себя на мировой арене. И это удалось. Для нас с Сашей: чем больше народа, чем больше зрителей, тем легче выступать.

Александра: Могу добавить от себя, что весь сезон мы катались более зрело. Я старалась более осознанно все делать, чем в прошлом году. Старалась «подружиться со своими мозгами» и это получилось. Сезоном мы довольны. Да, Дима?

Дмитрий: Безусловно. Мы много раз об этом говорили.

DSC 9340

-- Какой старт сезона запомнился больше всего?

Дмитрий: Конечно, чемпионат мира. Он не дался просто, перед этим была проведена тяжелая и планомерная подготовка. Да и лететь в Японию не близко. Понимаете, чемпионат мира – ключевой, самый важный турнир сезона, и то, что мы смогли так презентовать себя в Японии -- это отдельные эмоции. Нельзя не вспомнить и чемпионат Европы. Первая медаль на таком уровне! И все-таки чемпионат мира запомнился больше всего.

Александра: А я вспоминаю Гран-при в Канаде. Наш первый крупный международный турнир, где мы встретились с фигуристами нашей сборной, познакомились с ребятами из других команд, других стран. Почему мне так запомнился этап в Канаде? Потому что откатались мы чисто, а стали четверными. И я помню, как меня успокаивали Дима и Морган (Сипре – прим.) А я долго не могла прийти в себя. Так что если говорить про первую половину сезона, то самым запоминающимся для меня стал «Skate Canada». А во второй – чемпионаты Европы и мира. На подготовку к этим соревнованиям было отдано много сил. Помню, я обрадовалась, чемпионат мира совпадает по времени с каникулами в школе, понимала, что так будет проще и с учебой.

-- У вас есть внутреннее ощущение, что вы прогрессируете от старта к старту?

Дмитрий: Естественно. Посмотрите по баллам: как мы начали и с какими баллами закончили. Начали за 190, а закончили свыше 210. При этом росла и вторая оценка, и техническая.

-- Что вы сами хотели бы поменять в тренировках, чтобы в следующем сезоне на всех соревнованиях стоять на пьедестале?

Александра: Нас об этом никто не спрашивал, да и по большому счету, если есть прогресс, то почему нас что-то не должно устраивать? Сейчас межсезонье, мы ставим программы, работаем над новыми элементами.

DSC 9358

Дмитрий: Да что менять? Нам надо улучшать катание, усложнять технические элементы, учить новые поддержки, но мы этим и занимаемся. Что-то менять в тренировках нужно тогда, когда есть какая-то проблема. А поскольку проблемы нет, то нам нужно развиваться и только укреплять все то, что мы имеем.

-- Сейчас все взрослые пары делают примерно одинаковый контент, одинаковый прыжковый набор. За счет чего можно обходить соперников?

Дмитрий: Сейчас парное катание становится похожим на танцы, потому что все делают практически одно и то же, и хочется добавлять какие-то сложные технические элементы. Например, новые прыжки. Но вставлять их в программы нужно только тогда, когда действительно уверен.

Александра: Когда прыгаешь сто из ста.

Дмитрий: Я бы сказал, десять из десяти. Что касается остального, то по новым правилам, я не уверен, что есть смысл учить, например, четверную подкрутку.

Александра: А я бы очень хотела выучить четверной выброс. Но у нашего тренера другая точка зрения.

Дмитрий: Просто Артур Леонидович (Минчук – прим.) понимает, что четверные выбросы травмоопасны. А так как выброс делать намного сложней, чем прыжок с точки зрения выезда, потому что на выбросе больше сила энерции, другой полет, и потом во время разучивания четверного выброса столько раз упадешь, что можно запросто травмироваться. Вот и получается, что затратишь колоссальное количество сил, а одна ошибка на таком элементе отбросит тебя далеко назад.

BKSPb19

Если бы разница в стоимости элементов в парном катании была хотя бы такой же, что и в одиночном, то был бы смысл делать сложные элементы. Возьмите у одиночников: тройной сальхов стоит 4 балла, а четверной – 10. Тогда стоит рисковать. А когда за четверную подкрутку с помаркой получишь меньше, чем за тройную на плюсы, то зачем пробовать этот элемент? На чемпионате России пара, которая делала четверную подкрутку, получила меньше, чем другие дуэты, качественно исполнившие тройные. И это при том, что четверную подкрутку сложно делать физически обоим партнерам. Шпагат на четверный уровень выполнить практически невозможно, скрутить четыре оборота с рукой наверх можно разве что с «кошкой», в которой весу килограммов десять. Так что усложнять нужно только «гарантированные» элементы, которые получаются стабильно. Это касается и парных элементов, и прыжковых. Но рано или поздно наработать можно все, поэтому я считаю, что в этом ключе и надо развиваться.

-- Если говорить о прыжках, то вы делаете каскад из двух тройных. Планируете добавлять что-то новое?

Дмитрий: Сейчас на тренировках мы тренируем все тройные. У нас отдельное время выделено под прыжки. Прыгаем, нарабатываем, а там посмотрим, какие будут получаться стабильнее. Но я убежден, что будущее, уже возможно на Олимпиаде в Пекине, за сложными прыжковыми элементами. Поэтому так или иначе, если мы хотим соперничать с парами, которые уже в ТОП-рейтинге, уже получают десятки и плюс пять за все элементы, то и нам надо двигаться в этом направлении. Сегодня ведущие пары подходят к своему «потолку» по баллам. При безошибочном катании они получают оценки, которые граничат с максимумом в парном катании, и чтобы подняться на такой уровень, мы стараемся работать и развиваться во всех направлениях. Безусловно, мы хотим побеждать, но нет спортсмена, который этого не хочет. И мы понимаем, что для этого надо очень много работать и прилагать усилия, чтобы становиться лучше.

-- Как изменились взаимоотношения в вашей паре за этот сезон?

Александра: Мы с Димой уже давно знакомы, изучили характеры, но, наверное, за этот год больше стали чувствовать друг друга как партнеры.

1804

Дмитрий: Понимаете, с каждым годом у нас нарабатывается лучшее взаимодействие в катании. Мы разучиваем связки, повороты, и даже программы нам ставить легче, потому что какие-то вещи мы уже умеем делать. Когда начинали кататься, то не понимали, как можно делать килиан вместе -- это же так сложно! А сейчас исполняем совместные шаги, блоки, и работа движется быстрее, потому что с каждым годом мы нарабатываем взаимодействие. Почему Габриэлла Пападакис и Гийом Сизерон катаются так? Потому что с 8 лет они держат друг друга за руки. Почему так катались Тесса Вирчу со Скоттом Мойром? Потому что они тоже в паре с детских лет. Чем больше тренируешься, тем больше возникает разных ситуаций, к которым ты подстраиваешься. И когда они возникают в сотый раз, то уже знаешь, что надо сделать, потому что ты с этим уже сталкивался. Это определенная наработка, опыт.

-- Чемпионат мира был последним вашим стартом в этом сезоне. Смотрели командный World Team Trophy?

Александра: Смотрели. И я думала, что хотела бы попасть на такие соревнования. Но для этого надо подниматься в рейтинге, быть первыми и отбираться.

Дмитрий: Но чтобы стать первой парой, нам надо очень много работать. Потому что хочется быть лучшими не только в России, но и в мире. А за этим стоят часы, недели, месяцы работы на тренировках и даже вне льда. Любой спортсмен стремится быть первым, иначе зачем заниматься спортом?

-- Согласна. Чем занимались все это время после чемпионата мира?

BKSPb191

Александра: Тренировались. Учились. На днях я сдавала экзамен -- писала переводное сочинение в 11 класс. Тряслась как осиновый лист. Но я считаю, справилась. На экзамене давали 5 вопросов, точнее пять тем, которые не были известны заранее. Поэтому писать работу нужно было «с листа». Я выбрала тему про великодушие. Тема звучала так: какого человека можно назвать великодушным? Сначала нужно было изложить свои мысли и рассуждения, а затем подкрепить их примерами из книг, которые прочитал, и сделать вывод. Я в качестве примера привела Пьера Безухова из «Войны и мира» и Соню Мармеладову из «Преступления и наказания». Написала. Все оказалось не так страшно.

Дмитрий: А я начал готовиться к сессии, пошел учиться в автошколу. Пока сдал теоретический экзамен по вождению. Теперь самое основное -- практика. На самом деле хорошо, что после окончания сезона есть время, чтобы выдохнуть, потому что на новый сезон нужны новые силы. До отпуска мне нужно сдать сессию. Дальше времени не будет. С 1 июня уже начнутся сборы.

-- И до конца мая надо успеть поставить новые программы. Вижу, вам помогают Наталья Бестемьянова и Игорь Борин.

Дмитрий: Да, они ставят короткую программу, произвольную будет делать Николай Морозов. Пока мы работаем над короткой. После постановочной работы будет неделька, чтобы накатать программы. И в отпуск.

-- Куда отправитесь?

Александра: Я в Турцию, где была в прошлом году. Мне там понравилось.

Дмитрий: А я на юг – к океану. Но до этого пока далеко. Сейчас главное – постановки и работа.

-- Удачи!

Ольга ЕРМОЛИНА

Фото Юлии КОМАРОВОЙ, Михаила ШАРОВА и Виктории КОЗЛОВСКОЙ

plg_fabrik_search
PLG_JEV_SEARCH_TITLE
plg_search_dpcalendar
Поиск - Категории
Поиск - Контакты
Поиск - Контент
Поиск - Ленты новостей
Поиск - Ссылки