Победа на чемпионате России в Челябинске для серебряных призеров командных соревнований Олимпийских игр в Корее, двукратных чемпионов Европы и призеров чемпионата мира в парном катании Евгении Тарасовой и Владимира Морозова стала одной из самых важных в карьере за последние два сезона. Полтора года назад фигуристы переехали тренироваться в США к тренеру Марине Зуевой, и это решение на тот момент казалось неоднозначным. Однако вскоре стало очевидно: пара изменилась, к технической составляющей программ добавились выразительность и осмысленность движений -- форма наполнилась содержанием.

На чемпионате России в Челябинске фигуристы в третий раз завоевали чемпионский титул, хотя это было непросто. О том, как начинался этот сезон, как удалось подготовиться к национальному первенству за три недели, работе над новой произвольной программой, «потолке» и мотивации после победы на чемпионате страны Евгения ТАРАСОВА – Владимир МОРОЗОВ рассказали в интервью Ольге ЕРМОЛИНОЙ.

-- Поздравляю с победой, которая очень важна для вас. По ходу сезона первоначальный план пришлось несколько раз переверстывать. Но если вернуться назад, когда и где вы начали готовиться?

Владимир: – Подготовка началась в июне после довольно большого карантина. Три месяца мы провели дома, в Москве.

Евгения: – Когда отменили чемпионат мира в прошлом сезоне, мы вернулись из Америки. Потом закрыли границы, и мы не смогли улететь обратно. Так что весь карантин находились здесь.

TM1020В. – Находились дома, поддерживали форму, но вне льда тренировками это было назвать сложно. Поэтому когда сборников пустили в Новогорск, целый месяц мы катались там, и затем смогли вылететь в Америку первыми рейсами, как только открыли перелеты. Это было в июле. Сделали с Мариной Олеговной (Зуевой – прим.) «скелет» новой произвольной программы, потом ее переделали почти полностью с Максимом Траньковым. Музыку оставили.

-- Максим прилетел к вам в США?

В. – Да, в июле мы тренировались в Америке с Мариной. Потом в августе прилетел Максим. Домой мы вернулись в сентябре, чтобы выступить на первом этапе Кубка России. Вернулись с программами, но еще в сырой, скажем так, форме. Провели в Москве тренировочную неделю. Должны были выступать, но у меня поднялась температура, я заболел ковидом. И все пошло комом.

-- Вы ведь пропустили и контрольные прокаты. Почему?

Е. – Мы должны были участвовать в первом этапе Кубка России, а он по времени почти сразу после прокатов. Поэтому мы пропускали контрольные прокаты.

TM820

В. – Первый этап был через неделю после прокатов, и у нас получалось три выступления: прокаты, первый и второй этап -- все идут подряд. Это было бы жестко после такого большого перерыва, поэтому нам разрешили не выступать на прокатах, участвовать в двух остальных стартах. Но этот план полетел. На две с половиной недели мы «выпали» из-за моей болезни. Подготовились к этапу Кубка России в Казани. Там открыли сезон, показали программы в первый раз. Форма была еще сыроватая, но довольна хорошая. Для первого старта неплохо. Должны были сразу выступать на пятом этапе. Но тут Женя заболела.

Е. – После Казани я заболела. И мы вынуждены были пропустить еще один этап Кубка. Но Максим (Траньков – прим.) разговаривал с Александром Ильичем Коганом (гендиректор ФФККР – прим.), и нам сказали: «Не переживайте, готовьтесь к чемпионату России». Получается, мы за три с половиной недели экстренно готовились к чемпионату России.

-- Женя, на пресс-конференции в Челябинске ты рассказывала, какой нелегкой была для тебя подготовка к этому чемпионату. Как удалось мобилизовать себя?

Е. – Действительно, подготовка к этому чемпионату была непростой. Закончились соревнования в Казани, мы вернулись в Москву. До конца недели тренировались нормально. А в понедельник после тренировки я немножко плохо себя чувствовала. Дома померила температуру -- 38,3. Запереживала, потому что в жизни у меня такой температуры не было. Сразу позвонила ребятам, сказала, что никаких других симптомов нет, за исключением того, что в Казани я кашляла. Мы с Максимом договорились, что во вторник созваниваемся и по самочувствию решаем, что дальше. А дальше в тот же день к вечеру температура спала и больше не поднималась, но во вторник я ощутила боль в легких. Дышать несложно было, но болела грудная клетка. Я сделала КТ, мне поставили диагноз -- пневмония. Две недели просидела дома.

TM420

Потом, когда вышла на лед, на первых тренировках мы консультировались с Филиппом Шветским (врач сборной России – прим.), что можно делать, какую нагрузку давать. После курса лечения я сдала кровь на анализ. Сказали: осложнений нет, и я успокоилась… В тренировочный процесс входила тяжело. Постепенно. Первую неделю мы делали по 1-2 элемента, и было нормально. А на вторую, когда начались объемные прокаты, почувствовала, что быстро устаю, нет сил. Даже после пары элементов было тяжело. Но, возможно, сложившиеся обстоятельства нас и мобилизовали.

Я рада, что мы восстановились, потому что до этого, раньше, Володя ковидом переболел. Рада, что мы приехали на чемпионат, потому что в этом сезоне очень не хватает соревнований. Постоянно тренируешься, тренируешься, и уже хочется выйти на лед и показать программы.

-- Учитывая все обстоятельства, ожидали, что получится так выступить в Челябинске?

Е. – Как только врачи мне разрешили тренироваться после болезни, у нас очень плодотворно проходила работа. К нам подключился Сережа Воронов. И прокатов больших мы делали много. Были хорошо готовы к чемпионату. Нам нужно было выйти и сделать то, что мы подготовили. Хотелось очень.

-- Как долго вы работаете с Сергеем Вороновым? Он ведь в вашей команде специалист по прыжкам.

TM520

В. – Он появился в команде перед этапом в Казани, недели за 2-3. Попробовали, нам понравилось. К чемпионату России он довольно-таки неплохо подвел свою часть работы, где на нем лежит ответственность. Если раньше у нас было много ошибок на прыжковых элементах, именно технических, то сейчас Сергей это устранил. Мы делали большое количество прыжков, вращений, дорожек, всего-всего, поэтому в этом плане он нам хорошо помогает, сильно, и мы очень рады, что он у нас вообще есть.

-- Чья была инициатива пригласить Сергея Воронова?

В. – Просто у Сергея и Максима дни рождения близко. Они поздравляли друг друга, общались. Макс спросил у Сергея, чем он занимается, потому что пандемия, шоу нет. Сергей ответил, что если нужна помощь, то с удовольствием поможет: да – да, нет – нет. Мы попробовали с Сергеем какие-то прыжковые вещи, нам понравилось, так он и влился в нашу команду.

-- Пандемия спутала многие планы. В последние месяцы вы много времени проводите в Москве, тренируетесь с Максимом Траньковым, вашим главным тренером остается Марина Зуева. Что можете сказать о тренировках?

В. – В прошлом году мы переехали к Марине, которая стала нашим главным тренером. Ей нужно было поработать с нами какое-то время один на один, чтобы понять, кто мы и что мы. Максим по возможности приезжал к нам, на сборе был. У нас не было с ним такой плотной работы, но все равно он поддерживал связь и по возможности нас контролировал. Но в тот период в совокупности всего хватало: и переезд, и новое место, новая система тренировок… Нам пришлось перестраиваться, и это сказалось на нашем катании в целом.

DSC 4714

-- Система тренировок Марины Олеговны у вас сохранилась?

В. – Да, мы тренируемся по «американской системе». Первая тренировка утром, и я за всю свою карьеру так рано не катался, а сейчас для меня это норма. В 7 часов просыпаешься, завтракаешь и на тренировку. В 9.30 начало и потом второй лед с маленьким перерывом. Во второй половине дня есть время восстановиться и какие-то дела сделать. Мне нравится. Перестроились. Уже в привычку вошло -- и ранний подъем, и быстро все сделать на двух тренировках подряд. Тем более, в последнее время очень часто соревнования проходят в первой половине дня. Взять чемпионат Европы, мира, другие соревнования, особенно в Японии.

-- У вас новая произвольная программа. Расскажите, как шла работа над ней? Почему взяли именно эту музыку?

В. – Нам изначально нравилось Адажио Альбинони, но мы долго выбирали, какой вариант взять, со словами или нет, кого предпочесть из исполнителей.

Е. – Хотели что-то новое, так как эту музыку много катали и перекатывали. Марина попросила посмотреть, может быть, есть исполнение со словами. И я вспомнила, что не так давно смотрела, и Димаш перепел Адажио. Предложила, Марине понравилось, так решили сделать программу.

TM1120

В. – У нас там три варианта. Слушали всех трех исполнителей – группу «Il Divo», Лару Фабиан и Димаша.

Е. – Недавно я смотрела пятый этап Кубка России, поставила айпад, шла трансляция и слышу, музыка играет со словами. Думаю: «Ой, какая красивая! Мне нравится». И вдруг понимаю, это музыка нашей программы, только поет Лара Фабиан.

-- О чем ваша программа, каков ее сюжет?

Е. -- Мы встаем в начальную позу и первое движение -- Вова выдыхает и вдыхает в меня свое восприятие любви…

В. – Это история о девушке, точнее, образе девушки, которая рядом, но нереальна, неосязаема. Это будто тень, к которой ты тянешься, которую пытаешься встретить, увидеть -- она все время рядом, как сопутствующая звезда.

Е. – Сюжет программы придумала Марина.

-- Вы сказали, что поставили эту программу, но затем переделали с Максимом.

В. – Мы делаем сначала просто «скелет» программы -- порядок элементов, связующие шаги между элементами. И когда уже есть целый макет, то смотрим, где пробелы в заходах, где пусто, где просто, где удобно, где неудобно. Все это подчищаем потом, и по ходу сезона все равно какие-то корректировки в программу вносим. Летом мы этим и занимались, чтобы не было просто и не было перенасыщено. Чтобы было хорошо.

DSC 4626

-- В какой степени вы сами участвовали в этом процессе?

В. – Изначально, когда мы ставили программу, там вообще был другой порядок элементов. И когда в середине начиналась сильная часть вокала, то у нас была спираль, из-за чего возникал диссонанс: музыка шла верх, а мы -- вниз. Пришлось переделать. Теперь, когда музыка «поднимается», мы делаем верхние поддержки, что усиливает впечатление, смотрится логично. В этой программе мы больше отталкивались от музыки, а не от желания расставить элементы в той последовательности, в какой нам хочется.

-- Но сейчас вам удобно эту программу катать?

В. – Да. Музыка подталкивает и тащит тебя, и ты за ней едешь, едешь, едешь. И очень легко кажется.

-- Насколько повлиял на ваше восприятие жизни карантин? Что изменилось в вас после этого вынужденного перерыва?

Е. – Я поняла, что эти три месяца, которые мы просидели дома, очень скучаю по тренировкам, что действительно хочется идти, просыпаться и каждый день приходить на тренировки. До этого 10 лет подряд ты примерно знаешь, что, где, и это кажется рутиной. А тут вдруг – все обрывается и начинаешь еще больше ценить то, что имел.

TM620

У меня было огромное желание вернуться. И когда мы вышли на лед, все не так плохо оказалось. Я думала, что выйду, и ноги начнут разъезжаться... Но все как-то пошло, пошло… Потихоньку восстанавливали элемент за элементом. Ощутили новое дыхание что ли…

-- Прошлые два сезона у вас случались нелепые ошибки на стартах, вас обходили другие пары и были люди, которые вас списали, говорили, что появилось уже новое поколение парников. Но сейчас вы вернулись обновленными, будто действительно открылось новое дыхание. Что помогло?

В. – «Доброжелателей» у всех всегда хватает – тех, которые помогут тебе «добрым» словом. Это спорт. И здесь нет такого, что катаешься и все время должен быть в ТОПе, надо все подтверждать своим катанием. В прошлые годы, до «перезагрузки», мы дошли до своего максимума. Да, были элементы, технически мы катали программы, но не было, скажем так, интересных программ, хореографии, и это было просто необходимо. Потому что можно было и дальше также штамповать элементы, но это был бы потолок, а этого потолка не хватало до следующей ступени. Потому что все равно зарубежные пары катаются по-другому. И людям, и судьям нужны катание, программы, образы -- то, над чем мы и работали в прошлом году, чтобы была история, было осознанное взрослое катание, чтобы была мысль в катании. Это занимает действительно много времени, и за это нет никакой формальной оценки -- это не элемент, который ты сделал и получил свои баллы. Но ты должен всё равно создавать впечатление общей программы, и тогда уже будет совсем другое отношение и другой уровень.

TM120

-- Иными словами, перейдя к Марине Зуевой, вы шагнули на новый уровень?

В. – Шаг назад сделали, но два вперед.

-- И это добавило вам уверенности: количество перешло в качество.

Е. – Надеемся, хотя мы одни из самых опытных на этом чемпионате. Я смотрела списки участников соревнований, там даты рождения почти у всех с 2000 года начинаются. Только один спортсмен был 99 года и мы с Володей вдвоем такие – 94 и 92…

В. – Да, не шестнадцать...

-- Но ведь важно, как вы сами ощущаете себя. Как этот успех мотивирует вас в дальнейшем?

Е. – Он придает уверенности, что мы идем правильным путем, что в какой-то момент сделали правильный выбор, что это работает. Это дает силы каждый день выходить на тренировки и работать еще больше, еще больше, еще больше. А когда ты получаешь награду за это, то это еще больше мотивирует.

-- Ближайшие планы?

В. – Ждем, когда будут официально объявлены российские соревнования, которые станут альтернативой чемпионата Европы, будем участвовать.

Е. – Выступать очень хочется. Полсезона прошло, а у нас было только два старта и не хватает тех эмоций, которые получаешь на соревнованиях.

В. – Соревнования -- это хорошо. Но у нас была Казань, куда мы съездили, и Женя заболела. Не хочется после каждого старта болеть. Надеюсь, в этот раз все обойдется.

-- Надеемся, все будет хорошо. Спасибо, ребята, берегите себя и успехов!

Ольга ЕРМОЛИНА

Фото Юлии КОМАРОВОЙ, Михаила ШАРОВА

plg_fabrik_search
Поиск - Категории
Поиск - Контакты
Поиск - Контент
Поиск - Ленты новостей
Поиск - Ссылки