Три медали – две золотые и одну серебряную завоевали фигуристы группы Алексея Горшкова на первых международных соревнованиях этого сезона. Юниорская танцевальная пара Мария Фефелова – Артем Валов выиграли два этапа юниорской серии ISU Гран-при в Китае и Таиланде, Василиса Кагановская – Максим Некрасов остановились в шаге от первого места на пьедестале челленджера в Японии.

Российские фигуристы дебютировали на международных турнирах после длительного перерыва в нейтральном статусе.

О выступлении учеников, переписке с Татьяной Малининой, роли постановщика Бенуа Ришо и за счет чего наши фигуристы остаются в ТОПе мирового катания рассказали тренеры Алексей ГОРШКОВ и Екатерина РЯЗАНОВА.

-- Какие первые выводы можно сделать по итогам трех турниров?

Алексей Горшков: Выводы будем делать после главных стартов, потому что выступления надо оценивать в контексте всего сезона. Сейчас скажу так: обе наши пары откатались хорошо, тем более что мы столько времени пропустили, не стартовали на международных турнирах.

-- Мария Фефелова – Артем Валов до юниорского Гран-при в Сиане вообще не участвовали в международных соревнованиях. У Василисы Кагановской – Максима Некрасова в Токио был первый совместный международный старт. Кто больше волновался – тренеры или спортсмены?

А.Г. – Волновались все. Но тренерам всегда тяжелее, потому что волнения показывать нельзя, чтобы ребята не задергались.

Сложнее всего было в Китае, потому что Маша с Темой выходили на лед самыми первыми из наших фигуристов. Мы не знали, как примут, как воспримут, как будут оценивать катание ребят. И даже после их первой победы в Китае напряжение не спало, шло по нарастающей и в Бангкоке, и в Японии.

Екатерина Рязанова: На втором Гран-при в Бангкоке дети (Мария Фефелова – Артем Валов – прим.) волновались чуть больше. На жеребьевке мы вытянули первый стартовый номер, но я почему-то чувствовала заранее, что будет именно так.

Хотя ребята были прекрасно готовы, но первыми выходить на лед не очень хорошо. Как бы классно не прокатался, за тобой все остальные участники.

Но Маша с Темой вышли и сделали то, что должны были. Просто показали себя. Возможно, в ритм-танце были чуть сдержаны в эмоциях, в чем-то еще, но откатались здорово. Нам оставалось только ждать оценок других. И когда мы увидели, что первые, что по баллам наш прокат оценили лучше, чем в Китае, то немного выдохнули.

В день произвольной программы было чуть спокойнее. Наверное, я так настроила себя, что мне постоянно на глаза попадались какие-то знаки.

-- Например?

Е.Р. – Сели в маршрутку, едем с Галиной Петровной (Голубковой – прим.) и Ларисой Гургеновной (Арутюновой – врач команды – прим.) на каток. Я в своих мыслях о предстоящем прокате и вдруг замечаю, что на лобовом стекле цифра 1. Говорю: «Посмотрите, какой номер нашей маршрутки!» Они засмеялись, говорят: «Кать, это знак вам».

Не сказать, что я суеверный человек. Но в жизни многое, если не всё, зависит от правильного настроя. Просто надо верить в себя, потому что ради этого момента столько работал.

Маша с Темой нас никогда не подводили. Они потрясающие, стойкие. Настоящие пахари. Одни из немногих, кто реально работает нон-стоп.

После проката произвольной я думала, что мы будем близки по баллам с итальянцами (Зои Бьянки - Даниэль Базиль – прим.), но когда Маша с Темой пробили отметку в 100 баллов (100.76), успокоилась и сказала себе – двигаемся дальше.

На достигнутом не надо останавливаться и ребята это могут сделать. Просто надо работать.

-- Как восприняли Фефелову – Валова на Гран-при понятно по оценкам. В Бангкоке ребята обновили личные рекорды в ритм-танце, произвольном и по сумме двух программ. А как вас приняли коллеги по цеху - тренеры, специалисты?

А.Г. – После Гран-при в Китае мне пришло сообщение от Тани Малининой – мамы Ильи: «Леша, у тебя такая пара!» Честно говоря, в первый момент я даже опешил. «Тань, - отвечаю, - ты смотришь танцы! Юниорские!»

На самом деле было очень приятно! Всегда приятно, когда профессионалы замечают и отмечают твою работу. С Таней мы давно знакомы, тренировались у Игоря Ксенофонтова.

И потом четыре года наши ребята не выступали на международных соревнованиях и, думаю, всем было интересно посмотреть, что произошло за это время.

И в Китае, и в Японии мы общались со всеми очень хорошо. Катя рассказывала тоже про Бангкок. И сами спортсмены говорили, что никакого «напряга» не было. Напротив, всем было интересно пообщаться, больше друг о друге узнать.

Когда столько лет в фигурном катании, то практически всех знаешь, со всеми знаком. И люди одной профессии прекрасно понимают, какую работу надо проделать, чтобы получить результат. Поэтому все относятся друг к другу с большим уважением.

После старта в Сиане я первым поздравил итальянцев с медалью, их тренера Вальтера Риццо. Нас поздравляли.

Что бы ни говорили, но я думаю, с нашим возвращением в мировом фигурном катании начинается какая-то новая история, какое-то новое развитие.

-- Второй сезон вы сотрудничаете с постановщиком Бенуа Ришо. Насколько значима его роль?

А.Г. – Он творческий и глубокий человек. В каждой его программе, в каждом движении, жесте, пусть даже внешне простом, есть глубокий смысл, что выделяет его постановки. Скажу так: Бенуа сделал меня как тренера лучше.

Е.Р. – Когда Бенуа впервые приехал к нам в Одинцово ставить программы Васе с Максимом, каждый вечер за ужином мы много говорили на темы танцев. И первое, что он сказал: «Мне так нравится, что вы все «open mind» - открыты воспринимать новое». Бенуа высказал мысль, что «russian style» в танцах уже не работает, надо находить для себя новый путь.

А.Г. – Выражение «russian style» - это не негатив, не отрицание. Бенуа всегда с большим уважением относится к тому, что делают наши тренеры, наши фигуристы. К моему удивлению, он рассказал, что учился на моих программах, следил за тем, что мы делаем -- ему это было интересно. Он даже признался, что хотел быть моим учеником, но не получилось.

В его понимании «russian style» - это некие стереотипы в постановке. Руки, определенные движения, побежали туда, раз, два, три… Возможно, я коряво объясняю, но мы сразу поняли друг друга и выбрали немного другое направление, по которому начали двигаться.

-- А почему именно Ришо?

А.Г. – Катализатором всего стала Катя.

Е.Р. – Началось всё с того, что два года назад Алексей Юрьевич предложил музыку («Rain, In Your Black Eyes» композитора Эцио Боссо – прим.) для произвольного танца Василисы и Максима. И мы все вместе – Анжелика Крылова, он и я обсуждали этот выбор. Тогда я и предложила в качестве постановщика этой программы Бенуа.

Дело в том, что некоторое время назад я работала тренером в Китае, и к нам приезжал Бенуа. Однажды он включил эту музыку и стал мне рассказывать о ней, что он чувствует, что видит под звуки мелодии. Меня это поразило. Поэтому я и вспомнила про него, понимая, что как творческие личности они с Алексеем Юрьевичем сойдутся.

После того нашего разговора, шеф мне сказал: «Газуй». Я написала Бенуа, и он сразу откликнулся, сообщил, что всегда хотел поработать с нашей группой.

Еще до его приезда, я видела, как Бенуа работает, насколько глубоко он погружается в процесс постановки. Для него неважны титулы, звания фигуриста, он отдается работе полностью. А его сумасшедшая энергетика, какую он передает ребятам! Это дорогого стоит.

Бенуа – один из лучших на сегодняшний день постановщиков в фигурном катании. Человек, который на первый взгляд простые вещи может сделать интересными и вкусными. Ставит программы, где одно перетекает в другое, где нет пустот, где каждое движение осмысленно и на своем месте.

С Бенуа мы работаем второй сезон. Любим его, ценим и очень уважаем. Он не из тех, кто сделал программу и забыл. Он постоянно на связи. Пишет во время соревнований, подсказывает очень правильные вещи. Переживает, поддерживает. И это, как мне кажется, отличает его от других.

-- Что помогло вашим фигуристам сразу заявить о себе на первых стартах после перерыва? Четыре года без международных соревнований – большой срок.

А.Г. -- Во-первых, надо отметить огромную работу нашей федерации, и это факт. То, что сохранили календарь соревнований, проводили наши Гран-при на очень высоком уровне, придумали новые турниры, которые нет ни у кого. Договорились с Первым каналом о прямых трансляциях. А представления участников, красные дорожки перед выходом на лед – это создавало атмосферу праздника, привлекало публику, мотивировало фигуристов.

Российские соревнования проводились на больших аренах, где все трибуны были заполнены. Думаю, по этой причине даже наши юниоры и не стрессанули за границей.

Во-вторых, у нас есть прочный фундамент. Это история нашего фигурного катания, это тренеры, такие как Игорь Ксенофонтов, Алексей Мишин, Тамара Москвина и многие-многие другие, для которых фигурное катание не фон для самовыражения и не только работа. Они жили и живут фигурным катанием.

Третья причина – наша дружная группа, где все без исключения вкладываются в общее дело, и это дает результат.

Как говорится, у кого-то тренерский штаб, а у нас просто хорошая команда.

-- Удачи!

Ольга ЕРМОЛИНА